Online проект "Маранат" :: Марина Аграновская :: Анатолий Сирота Кто такой Анатолий Сирота?
Путешествия по музейным залам
Что общего между библейскими сюжетами в искусстве и еврейскими языками
Старт :: Online проект "Маранат"
Марина Аграновская
Анатолий Сирота
Статьи :: архив
Контактная информация
Маранат на ЖЖ
История : искусство : иудаика : воспитание : путешествия
Статьи отца и дочери - Марины Аграновской и Анатолия Сироты.
Посмотреть весь архив
Еврейская культура
Закономерности истории
Изобразительное искусство : путешествия
Маранат хроникаНаши друзьяАрхивы. Все статьи
И пусть в эти параметры, в леса и степи, в топи и равнины, в силовое поле между Европой и Азией, в русскую трагическую огромность тысячу лет назад вросли бы ...
Посмотреть статьи
Обучение детей : билингва
ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРИЛОЖЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

Обыденное мышление, исторический пессимизм и «научная вера» (Критика нечистого разума)


НАЗАД

3. Почему социализм?
(Комментарий к Эйнштейну-социалисту)


Многое из того, о чем говорилось выше, в 1938 г. Э знать не мог, тем не менее его статья не оставляет никаких сомнений: все симпатии автора были в это время на стороне свободного развития общества. Через 10 лет Э вновь обратился к истории. Теперь предметом его размышлений становится не «еврейский вопрос», а все человечество. И здесь мы подходим к одному из грустных (с точки зрения автора этих строк) моментов нашего повествования: взгляды Э разительно изменились!

В 1949 г. в первом номере журнала американских марксистов «Monthly Review» Э опубликовал статью с выразительным названием «Почему социализм?» [литература,11] , в которой он, вопреки своим прежним воззрениям, провозглашает необходимость замены капитализма – свободно развивающегося общества – социализмом. «Неполное соответствие» американского общества его «оптимистической тенденции» Э отметил уже в статье 1938 г.: казалось бы, в США эта тенденция господствовала полностью, но ее пессимистический антагонист «проявлялся повсеместно, хотя в большинстве случаев маскировал свою истинную природу», - писал он тогда. Через 10 лет «антагонист» стал в глазах Э господствующей тенденцией, он разочаровывается в американском капитализме и устанавливает связи с коммунистами, за что подвергается преследованиям в годы «разгула маккартизма». Статья 1949 г. обнаруживает явное знакомство ее автора с марксизмом.

Основная тема статьи – человек и общество: «…человек одновременно одинокое и социальное существо”. (У Маркса человек – «индивидуальное общественное существо».) Начальная часть статьи, откуда взяты вышеприведенная цитата, и сейчас читается с интересом. Увы, завершение статьи в основном сводится к изложению «своими словами» известных догм марксистской пропаганды. Самым большим злом капитализма Э считал «изувечивание социального сознания отдельной личности» вследствие того, что заложенные в человеке «эгоистические инстинкты постоянно акцентируются, в то время как социальные, более слабые по своей природе, все больше деградируют». «Действительный источник этого зла, по мнению Э, «экономическая анархия капиталистического общества». Чем ее заменить? Но это же очевидно! Разумеется, социалистической плановой экономикой!

Неожиданно оказывается, что для великого ученого ответ «лежащий на поверхности» столь же убедителен, как и для многих поколений «широких народных масс» и их «левых» соблазнителей.

В те послевоенные годы неэффективность плановой экономики во времена научно-технической революции и неизбежность связанной с экономикой этого типа бюрократизации общества еще не были так хорошо известны, как в наши дни. Скупой и зачастую лживой была информация об СССР. Но Э сумел понять многое. В 1948 г. в письме к советским ученым Э порицает «всемогущество бюрократии, тенденцию превратить советскую власть в «своего рода церковь и клеймить как предателей и мерзких злодеев всех, кто к ней не принадлежит» [литература, 12] .

А вот как завершается обсуждаемая статья: «Необходимо помнить, однако, что плановая экономика это еще не социализм. Сама по себе она может сопровождаться полным закрепощением личности. <...> Учитывая высокую степень политической и экономической централизации, как сделать так, чтобы бюрократия не стала всемогущей. Как обеспечить защиту прав личности, а с ними и демократический противовес власти бюрократии?» - вопрошает Э.

Может быть, ответ способна дать наука? Но нет, не отвергая научный подход к изучению истории, Э подчеркивает его ограниченность: «экономическая наука в ее настоящем виде не способна прояснить черты социалистического общества будущего». (На самом же деле, некоторую ясность с позиций системного мышления внести вполне возможно: «оторвать» правящую бюрократию от плановой экономики - это все равно, что разрезать систему на части, то есть уничтожить ее, см. раздел 1.) Итак, никакого «научного социализма» для Э не существовало. Не было в его распоряжении ни теории, ни положительного опыта построения социалистического общества с плановой экономикой, но без «закрепощения личности» бюрократией. И, вместе с тем, не было и никаких сомнений в необходимости такого общества! Позиция, мягко говоря, непоследовательная.

Этот «случай Эйнштейна» - несоответствие между научными достижениями и регрессивной общественной позицией - весьма поучителен. В прошлом он многократно воспроизводился и другими учеными, в том числе физиками-ядерщиками, обслуживавшими тоталитарные режимы своих стран, руководствуясь патриотическими побуждениями. В наше время эту «бесславную традицию» повсеместно продолжают ученые, участвующие в распространении мифов левой, антиамериканской, антиизраильской и происламистской пропаганды. Выдающийся математик-антисемит Игорь Шафаревич; физик - сталинист, лауреат Нобелевской премии Жорес Алферов; получивший традиционное еврейское образование американский профессор лингвистики Ноам Хомски, утверждающий, что США и Израиль хуже нацистской Германии, - лишь наиболее известные примеры.

Позднее мы еще вернемся к этой проблеме, а пока просто примем к сведению, что у некоторых ученых за пределами их профессиональной деятельности наблюдается примитивное обыденное мышление. В полном соответствии с известным афоризмом: «Специалист подобен флюсу: полнота его одностороння». Но могучий интеллект Э, как мы могли убедиться, самым недюжинным образом проявлял себя и в гуманитарной сфере…

Ключ к разгадке «случая Эйнштейна» дает сам Э. Вот как он объясняет истоки своего пацифизма: «Мой пацифизм – это инстинктивное чувство, которое владеет мной потому, что убийство человека отвратительно. Мое отношение исходит не из какой-либо умозрительной теории, а основано на глубочайшей антипатии к любому виду жестокости и ненависти» [литература,13] .

Иными словами, пацифизм Э обусловлен эмоциями, которые в санкциях рассудка («умозрительных теориях») не нуждаются. Логично предположить: возмущение капиталистической действительностью в ее американском воплощении того времени оказалось для Э не менее сильным эмоциональным переживанием. Оно «отключило» все его прежние размышления о преимуществах «оптимистической традиции», место которых заняли утопические мечты о плановой экономике с демократическим лицом.

Идеалами, освещавшими его жизненный путь, Э провозгласил «добро, красоту и истину». Истина стоит в этой триаде на последнем месте, но «добро» (и, шире, - любое прекраснодушное эмоциональное переживание), не опирающееся на истину, на знание может в каких-то конкретных ситуациях обернуться злом. Это и произошло с Э. Не подкрепленные знанием мечты об обществе социальной справедливости - царстве добра - сместили его мировоззрение в сторону зла - пропаганды левых идей.

Об отсутствии каких знании идет речь? Прежде всего, о непонимании того, насколько трудно предвидеть реакции такой сложной системы как общество. Поставивший Э в тупик пример «первого в мире государства рабочих и крестьян» - наглядная иллюстрация усиливающей обратной связи. Неразумная попытка противостояния « злу прогресса» привела к усилению зла. Но правомерно ли a priori называть все левые идеи злом? Напомним то, о чем уже говорилось в предыдущем разделе: замена свободного развития общества развитием управляемым, приводит к тяжелейшим социально-экономическим последствиям, а левые борцы с «эксплуатацией человека человеком» стремятся именно к такой замене.

Разумеется, предлагаемое объяснение не относится ко всем другим случаям совмещения в одних и тех же головах высоких истин науки и низменных порождений обыденного мышления: причины у этого уродливого явления могут быть разными. Нельзя не отметить и такое существенное отличие Э от ученых-реакционеров нашего времени: он считался с фактами. Выше говорилось о том, как Э сумел разглядеть и осудить советский тоталитаризм. Во время войны он отказался от своего пацифизма и написал знаменитое письмо Рузвельту, в котором призывал ускоренно создавать атомную бомбу.

Вера Э в добро, не опирающееся на знание, проявилась также в той позиции, которую он занимал в древнем, как сама философия, споре о природе человека. Добр или зол он по своей природе? Э явно сближался с первым утверждением. Человек, согласно Э, «как социальное существо ищет признания и любви других людей, <...> может найти смысл в жизни, какой бы короткой и опасной она ни была, только посвятив себя обществу». Проявлению прекрасных качеств человека, как полагал Э, препятствует капитализм. Уничтожим капитализм и … Увы, добытые учеными-этологами сведения приводят к далеко не столь оптимистическим представлениям о человеческой природе, как те, из которых исходит Э (раздел 8).

А вот как представляет себе теперь Э соотношение материальной и идеальной компонент исторических процессов: цели стоящие перед обществом, «…порождаются людьми с высокими этическими идеалами. И, если эти цели не мертворожденные, а обладают жизненной силой, их принимают и осуществляют те массы людей, которые полусознательно определяют медленную эволюцию общества». Здесь «жизненная сила» и «полусознательные массы» - исторический материализм, люди, порождающие идеи, – исторический идеализм. Но разве не приняли немецкие массы идеи нацистской пропаганды с ее отвратительными «этическими идеалами»?

Итак, отрицание зла капиталистического прогресса на чисто эмоциональном уровне, явная переоценка этических достоинств человека, наконец, просто непоследовательность мышления вовлекли Э во зло симпатий к социализму. Пусть этот «Случай Эйнштейна» напоминает нам, как опасны могут быть даже самые прекрасные устремления к Добру, если за ними не стоит Знание, а также о том, что научные знания могут сосуществовать с мифами обыденного мышления, не образуя целостной системы сознания, МП-7.

Но и этим претензии к Э не ограничиваются. Парадоксальным образом от внимания одного из создателей современной физической картины саморазвивающегося мира природы ускользнула основная идея исторического материализма - о саморазвитии человеческого общества. Меж тем, как утверждают науковеды, именно рассмотрение изучаемых объектов в их развитии является одной из главных отличительных черт научного мышления. О развитии и пойдет речь в следующем разделе.

ВПЕРЕД

ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРИЛОЖЕНИЕ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Анатолий Сирота
Источник: www.maranat.de

Использование материалов данного сайта разрешается только с установкой прямой ссылки на www.maranat.de.

Оглавление    Закономерности истории    Печать


© 2007-13 Maranat. All rights reserved. Разработка сайта w1d.de
Online проект &quot;Маранат&quot; :: Марина Аграновская :: Анатолий Сирота
Кто такая Марина Аграновская? Еврейская культура. Пасхальный седер. Мертвый языкРусский плюс немецкий : двуязычный ребенок. Домашняя школа. Мелкая моторика.
Библия : библейские сюжеты : Отделение света от тьмы : первородный грех