Online проект "Маранат" :: Марина Аграновская :: Анатолий Сирота Кто такой Анатолий Сирота?
Путешествия по музейным залам
Что общего между библейскими сюжетами в искусстве и еврейскими языками
Старт :: Online проект "Маранат"
Марина Аграновская
Анатолий Сирота
Статьи :: архив
Контактная информация
Маранат на ЖЖ
История : искусство : иудаика : воспитание : путешествия
Статьи отца и дочери - Марины Аграновской и Анатолия Сироты.
Посмотреть весь архив
Еврейская культура
Закономерности в немецкой истории
Изобразительное искусство : путешествия
Маранат хроникаНаши друзьяАрхивы. Все статьи
Среди множества афористических высказываний об истории два повторяются особенно часто: "история ничему не учит" и " история повторяется".
Посмотреть статьи
Обучение детей : билингва

Часть 15. Иоганн Рейхлин – ученый, писатель, гуманист

(продолжение)

Годы учения Иоганна Рейхлина

"Святой Иероним в келье" - одна из наиболее известных гравюр Дюрера. Автора первого перевода Библии на латинский язык (так называемой Вульгаты) Дюрер изобразил в виде ученого, углубившегося в своем кабинете в какой-то древний фолиант.

По мнению автора чудесной книги о Дюрере Сергея Львова, на создание этой гравюры, "воспевающей поэзию умственного труда", художника вдохновил Иоганн Рейхлин. Предположение вполне обоснованное: Иероним перевел с древнееврейского Библию, Рейхлин открыл для немецких гуманистов сам этот язык и его богатейшую религиозно–философскую литературу, превратил греко-латинский гуманизм в греко-латинско-еврейский.

Албьрехт Дюрер. Святой Иероним в келье. 1514 г.
Албьрехт Дюрер. Святой Иероним в келье. 1514 г.
Уподобив гуманизм к северу от Альп (alpennordlich) горной цепи, мы познакомились с несколькими ее "вершинами" – выдающимися немецкими гуманистами.

Продолжая сравнение, мы можем назвать Рейхлина высочайшим "горным пиком" этой цепи.

Первый немецкий гуманист, чье имя стало известно всей образованной Европе, он применял принципы научного мышления во времена, когда наука делала еще только свои первые шаги, и «в свой жестокий век» настаивал на соблюдении законности.

Особенно ярко эти лучшие качества Рейхлина проявились во время его «звездного часа» - выступления в защиту еврейских книг, о котором рассказывалось ранее.
Знакомясь с биографиями замечательных людей, трудно бывает отделаться от ощущения того, что судьба как бы готовит их к выполнению некой предопределенной миссии, свершив которую они и достигают своего величия. Как нам предстоит убедиться, были такие судьбоносные случайности и в жизни Рейхлина. О семье и ранних годах нашего героя известно очень мало.

Сын управляющего монастырским имуществом, он блестяще окончил латинскую школу в родном Пфорцхайме; будучи обладателем приятного голоса, пел в церковном хоре. Затем последовало кратковременное обучение пятнадцатилетнего юноши в недавно (1460) созданном Фрайбургском университете.

Решающий поворот в судьбе Иоганна произошел в результате "сложения" обоих его талантов: приглашенный петь в придворном хоре, он познакомился во дворце с одним из сыновей маркграфа и как знаток латыни был приставлен к нему на время учебы в Парижском университете. Так Рейхлин оказался в Париже.

Тон в тамошнем старейшем университете Европы задавали схоласты. Средневековая религиозная философия, получившая название схоластики (от греческого слова scholastikos – школьный) пыталась логически истолковать и обосновать откровения веры, не сомневаясь при этом в ее приоритете над разумом. Парижский университет был самым значительным центром схоластической учености в Европе, и Париж, благодаря своему университету, стоял в центре духовной жизни Западного мира.

Стремясь припасть к "источнику высшей мудрости", в Париж отовсюду стекалась жаждущая знаний молодежь. Германия начала приобщаться к средневековой учености относительно поздно (гейдельбергский университет был открыт почти на двести лет позднее парижского), поэтому именно в Париже заложили фундамент своей образованности многие представители первого поколения немецких гуманистов.

Иоганн Рейхлин
Иоганн Рейхлин
Рейхлин в Париже совершенствуется в латинском, начинает изучать греческий. Ему везет: он становится учеником выдающегося философа и теолога Иоганна Гейнлина фон Штейна (Heynlin vom Stein), немца, возглавившего в 1469 г.

Парижский университет. Но уже в 1474 г., вскоре после того, как в Париж прибыл Рейхлин, Гейнлин переселяется в Базель, и Рейхлин устремляется вслед за ним.

Пребывание в духовной столице Европы значит для него меньше, чем возможность общения с почитаемым наставником. Базельский университет молод - ровесник Фрайбургского - но, в отличие от последнего, уже вовлечен в идеологические битвы схоластов.
Так же, как в других университетах, реалисты сражаются здесь с номиналистами. Эти философские учения восходят к античности, к учению об идеях Платона (реалисты) и критике этого учения другими древнегреческими философами, включая Аристотеля (номиналисты).

Реалисты отстаивали реальность существования обобщающих понятий, идей, номиналисты утверждали, что идеи существуют лишь "номинально" - не в действительности, а только в мышлении, "в наших головах", реально же существуют лишь единичные объекты. (В более глубоком философском изложении предмет этой дискуссии между средневековыми предшественниками идеалистов и материалистов не выглядит таким простым, каким он здесь представлен.)

Позднее борьба между реалистами и номиналистами отошла на второй план перед противостоянием схоластов и гуманистов. Последние прославили Базель многими выдающимися именами, но во времена, о которых идет речь, триумфальное шествие гуманизма только начиналось. Как раз в год приезда Гейнлина Базельский университет стал первой немецкой школой, в которой было разрешено преподавание гуманистической учености.

Гейнлин – реалист, Рейхлин примкнул к номиналистам: в 1477 г. он получил ученую степень магистра "свободных искусств" в качестве приверженца именно этого направления. Идейные разногласия не прервали дружеских связей между Гейнлином и Рейхлином. Верность в дружбе - одна из симпатичных черт Рейхлина.

На всю жизнь сохранил он завязавшиеся в студенческие годы дружеские отношения с одним из наиболее известных гуманистов своего времени Рудольфом Агриколой (1443-1485), о котором говорили, что он мог бы быть первым в Италии, но предпочел Германию.

Себастиан Брант. Гравюра Тобтаса Штиммера.
Себастиан Брант. Гравюра Тобтаса Штиммера.
Тесная дружба связывала Рейхлина также с Себастианом Брантом (1457-1511) - его соучеником по Базельскому университету, автором знаменитой поэмы "Корабль дураков".

Поэма была написана по-немецки - редкость в те времена, когда большинство гуманистов считало ниже своего достоинства пользоваться немецким языком в литературной деятельности, предпочитая ему благозвучную латынь.

(По этой же причине гуманисты переделывали на латинский лад свои имена: их немецкое звучание казалось им "варварским".)

Вскоре после выхода в свет (1494) "Корабль дураков" был переведен на латинский и стал известен всей читающей Европе.

Не исключено, что именно поэма Бранта вдохновила Иеронима Босха, написавшего свою не менее знаменитую картину под тем же названием.

Иероним Босх. Корабль дураков. 1495—1500 гг.
Иероним Босх. Корабль дураков. 1495—1500 гг.
В Базеле Рейхлин начал углубленное изучение греческого языка, воспользовавшись для этого услугами "носителя языка" - одного из тех образованных византийцев, которые вынуждены были покинуть родину после захвата ее турками.

Как подчеркивает биограф, уже в этом проявилась нетрадиционность жизненного пути Рейхлина: он стал первым за много столетий немцем, изучающим греческий в своей стране.

В последующем Рейхлин неоднократно вновь возвращался к изучению греческого - даже после того, как сам начал его преподавать и составил учебник греческой грамматики.

Когда в 1509 г. ученик Гейнлина, базельский гуманист и знаменитый книгоиздатель Иоганн Амербах, решил опубликовать труды Св. Иеронима, он обратился с просьбой о помощи к Рейхлину, указав в своем письме к нему, что во всей Германии не знает никого другого, кто способен расшифровать древние греческие рукописи. Степень магистра "свободных искусств", предоставляла Рейхлину
возможность преподавать на так называемых "артистических" факультетах университетов латинскую грамматику, риторику, диалектику, арифметику, геометрию, музыку и астрономию. Но, в отличие от более позднего поколения гуманистов, он не считал зазорным зарабатывать деньги посредством своих знаний и в качестве наиболее подходящего пути для этого избрал не "свободные искусства", а правоведение.

И молодой магистр продолжал свое образование еще в течение пяти лет: изучал право в университетах Южной Франции. То, что обучение происходило именно в этих университетах, во многом предопределило выступление в защиту еврейских книг, ставшее поворотным пунктом в жизни Рейхлина. Но предшествовал этому поворотный пункт в жизни всей Западной Европы. Для того чтобы объяснить, что имеется в виду, придется сделать отступление.

Юридический ренессанс

Когда мы говорим о бесценных дарах, унаследованных Западом от античности, на ум приходит многое: искусство, философия, наука, гуманизм, демократия, олимпийские игры... Есть, однако, еще один дар, о котором часто забывают, хотя значение его в становлении Европейской цивилизации никак не меньше, да и приобщилась к нему Европа двумя веками ранее: римское право.

Иногда говорят, что подобно тому, как греки в древности были наделены безошибочным чувством красоты, так римляне обладали выдающимися способностями к строгому юридическому мышлению. В результате их многовековых усилий возник "механизм" функционирования права: законы, охватывающие все стороны жизни, сведенные в кодексы и прокомментированные выдающимися юристами; юридические школы, для которых имелись специальные учебники; правила проведения судебных процессов.

Что же касается содержательной стороны, то она отражала противоречивые тенденции развития Древнего Рима - республики, превратившейся в империю. С одной стороны, перед нами правовое общество, в котором личность и собственность защищены общеобязательным законом. Но, вместе с тем, римские юристы утверждали: "Что угодно императору, то имеет силу закона".

Фридрих Великий. Гравюра Альбрехта  Дюрера. 1524 г.
Фридрих Великий. Гравюра Альбрехта Дюрера. 1524 г.
После крушения Западной Римской империи римское право не было полностью забыто, но его перестали понимать.

В королевствах, созданных в конце V в. варварами на землях бывшей империи, историками прослеживается "вяло текущее" применение римского права, главным образом, к уцелевшим римлянам.

К началу нового тысячелетия Западный мир вышел из оцепенения варваризации и вступил на путь экономического и духовного подъема. Для новых форм хозяйствования потребовались новые законы. Римское право как нельзя лучше отвечало этим требованиям.
Лидерами прогресса были итальянские города-республики, поэтому не случайно «юридический ренессанс» (возрождение римского права) также начался в Италии. Произошло это в Болонье, где в конце XI в. началось углубленное изучение юридического наследия Рима. Дальнейшие события нарастали лавинообразно.

Возрождение римского права не могло пройти мимо внимания императоров Священной Римской империи, считавших себя преемниками древнеримских императоров. Для них римское право было оружием в борьбе и с посягавшими на светскую власть папами, и с непокорными вассалами. В 1158 г. призванные Фридрихом I Барбароссой болонские правоведы представили юридическое обоснование перехода под юрисдикцию императора завоеванных им городов Северной Италии.

В ответ благодарный властитель даровал юридической школе Болоньи ряд привилегий, которые привлекли в этот город множество учеников из всех стран Европы. Их стало еще больше после того, как около 1200 г. школа была преобразована в университет. Слава не подчинявшегося церкви Болонского университета не уступала славе основанного примерно в то же время университета Парижа - оплота церкви.

Выпускники болонского университета распространяли преподавание римского права на другие учебные заведения. Так возникла новая сплоченная социальная группа образованных чиновников-правоведов, вошедших в историю под именем легистов ("законников"). Повсеместно насаждая римское право, которое они, по мере надобности, приспосабливали к местным условиям, эти выходцы из бюргерской среды формировали правовое общество.

Они стали "движущей силой" централизации западноевропейских государств. Увы, недостатки, как известно, часто являются продолжением достоинств! Чрезмерная централизация во Франции привела к абсолютизму, освободиться от которого страна смогла лишь в конце XVIII в. ценой кровавой (она же - Великая) революции.

Сугубо светскому римскому праву противостояло так называемое каноническое право, исходившее от церковных властей. Оно представляло собой сведенные воедино каноны - постановления соборов и римских пап, которым придавалась сила закона. Длительное время сохранялось также обычное право - основанное на обычаях варварских племен.

Чтобы представить себе всю важность разделения светской и церковной правовых систем для всего дальнейшего развития европейской цивилизации, уместно сравнить Западный мир с его соседями. Для мусульманина в "божественных законах" шариата религия и право слиты воедино, преступник является одновременно и грешником, поэтому право не может меняться, пока остается неизменной его религиозная основа.

Оно и не меняется: «суд по законам шариата» вершится правоверными мусульманами и по сей день. Ничего похожего на возрождение римского права не переживала в Средние века и православная Россия. Последствия очевидны – они перед нашими глазами… Хозяйственный расцвет в начале второго тысячелетия переживала, наряду с Италией, и соседствующая с ней Южная Франция.

"Дочерние" по отношению к Болонскому университету центры изучения римского права появились также и там. В Монпелье это произошло уже в конце XII в. У немецких студентов особой популярностью пользовался основанный в 1305 г. университет Орлеана, завоевавший этому городу славу "Болоньи к северу от Альп".

В 1478 г. одним из его студентов стал Рейхлин. Закончил же он свое юридическое образование в 1481 г. в другом популярном университете, аудитории которого были не в состоянии вместить жаждущую знаний молодежь из всех провинций Франции и других стран, - в Пуатье. Получив здесь диплом, дающий право на чтение лекций, Рейхлин возвращается на родину.

Продолжение
Анатолий Сирота
Источник: www.maranat.de

Опубликовано в журнале «Партнер» (Дортмунд) № 3 (126) 2008 г.


Использование материалов данного сайта разрешается только с установкой прямой ссылки на www.maranat.de.

Оглавление    Закономерности в немецкой истории    Печать


© 2007-13 Maranat. All rights reserved. Разработка сайта w1d.de
Online проект "Маранат" :: Марина Аграновская :: Анатолий Сирота
Кто такая Марина Аграновская? Еврейская культура. Пасхальный седер. Мертвый языкРусский плюс немецкий : двуязычный ребенок. Домашняя школа. Мелкая моторика.
Библия : библейские сюжеты : Отделение света от тьмы : первородный грех